Читаем без скачивания Счастливый месяц Дон. Путевой дневник ДонАвтоЭксп-2013 - Анатолий Цаценко

С фотоаппаратом в руке я постоянно преследую канюков – всё хочу запечатлеть эту красивую хищную птицу в удобном ракурсе. Держу фотоаппарат наготове ещё с плотины через Воргол (возле большого участка какого-то купца, с мельницей) до сих пор.

Пока мы ехали до заповедника Галичья гора, Наиль успел отключиться на заднем сиденье. Мы же с Максом прогулялись по заповеднику и вышли к скалам, с вершины которых Макс продемонстрировал мне место нашей сегодняшней ночевки на противоположном берегу Дона. Красотища! Там, конечно, не безлюдно – стоит несколько палаток, но нас это не смущает. С радостной улыбкой я одобрил место ночлега, и мы вернулись к машине. Небольшой дождик начал моросить, когда мы заехали в магазин в посёлке Донское, чтобы запастись провизией. Вот теперь можно отправляться на наше место.

Недалеко от лагеря расположился питомник хищных птиц заповедника. Соколы, кречеты, сапсаны, королевский орёл, мощный крик которого нам даже посчастливилось услышать. Макс хотел приобрести пару магнитиков на память, но сувенирная лавка была закрыта на перерыв. Работники питомника, видимо, выпивали по какому-то поводу, поэтому прикрыли лавочку. После непродолжительного разговора с ними, магнитики нам достались в подарок. Правда, для этого Наилю пришлось подержать в зубах дохлого цыплёнка. Но тут уж он скорее сам явился инициатором такого испытания.

Когда уже приехали непосредственно к месту нашего бивуака, снова полил дождик, но его активность оказалась скоротечной, и уже скоро мы с Наилем поставили палатку и уселись на пляже в предвкушении жаркого вечера. Когда солнышко вновь показалось из-за туч, мы до самого его захода купались в Дону и играли в пляжный теннис. Ещё не успев доехать до места, Макс от нетерпения выпил бутылку пива, а уже когда заглушил мотор, пивному удовольствию не было конца. На пляже к нам подошёл молодой человек азиатской внешности, сообщил, что территория частная и нам нужно заплатить 80 рублей за пребывание на ней, а забрав деньги, он вежливо поблагодарил и пожелал приятного отдыха. Мы его негласно обозвали Шао-Каном5. В Дону – тёплая вода и довольно быстрое течение. Купаться – одно удовольствие. На песке я обнаружил незнакомое мне насекомое, похожее на медведку, но только в несколько раз меньше, без страшного хитинового покрытия и ро́ящих лапок, а хвост этого странного существа при появлении опасности поднимается вверх как у Скорпиона вместе с двумя рожками на конце. Ребята не удивились моей находке и продолжили до самого ужина пить пиво.

За едой мы перешли к водке. Я состряпал вкусный салат с тунцом, горошком и яйцами, нарезал помидоры, отварил макароны с сосисками, посыпал их сыром и пожалуйста – стол накрыт. Ваше здоровье, друзья! После ужина мы поставили свои кресла к реке, направив взгляд на скалы на противоположенном берегу. Наши голоса, отражаясь от них, эхом прилетают обратно. На небе уже высыпали яркие звёзды. И вновь я смотрю на северо-запад – туда, где город на Неве, не думая о нас, проводит своё лето. Нам тоже не до него. Перед нами красота иного рода – такой красоты в Петербурге не будет никогда. Это величайшая красота природы. Послушав донской mix, мы стали укладываться спать. На этот раз танцевать голыми под макабрические звуки транса, когда как минимум две соседские палатки уже погрузились в сон, было бы неприлично. На палатке я увидел сидящим нежданного гостя – красивого зеленого богомола. Всегда мечтал узреть его вживую. Я вновь достал фотоаппарат и сделал несколько кадров. Богомол не был против, даже попозировал немного. На улице было уже не так холодно, как в предыдущие ночи, но мы всё-таки предпочли улечься в палатке. Ещё раз окинув взглядом звёздное и безлунное небо, я заполз в палаточный мешок и уснул, вдыхая алкогольные пары, выходящие с храпом из отдыхающих тел моих друзей.

8

День монастырей. Memento Deus! 07.08

Донские беседы

«И похвалил я веселие; потому что нет лучшего для человека под солнцем, как есть, пить и веселиться; это сопровождает его в трудах во дни жизни его, которые дал ему Бог под солнцем»

Еккл. 8:15

Едва почувствовав какой-то внутренней антенной неуверенные касания медленно просачивающихся в палатку солнечных лучей, я поднял своё сонное тело и вытащил его навстречу негодникам-лучам из палатки. На часах около шести утра. Первым делом, пересекая пляж, нырнуть в прохладу Дона, чтобы ощутить всю прелесть утра. Затем – неторопливое приготовление завтрака и созерцание пробуждающегося дня. С непередаваемым удовольствием я поглощаю овсяную кашу с фруктовым пюре (гениальная находка Макса – это фруктовое пюре), прислушиваясь к птичьим напевам с вершины горы. Ближе к восьми из палатки вылезают Макс и Наиль. Легкий завтрак, наброски плана на сегодняшний день, скорый сбор и прощание с гостеприимной косой и остальным заповедником.

На улице становится всё теплее. Выезжаем из Донского. Наиль угрюмо молчит, попивая «Приятеля». Макс, отрезвляя себя прохладным «бюветом»6, аккумулирует энергию перед очередным тяжелым днем. Я же, обнимая нашего мягкого Дональда, читаю «Тошноту» Жана-Поля Сартра. Проезжаем восстанавливающийся красивый монастырь в селе Кашары, затем через урочище Скит (часть местности, отличающаяся от основной, служащая для обозначения границы) направляемся в один из религиозных центров России, так называемый «русский Иерусалим» – город Задонск. Он по праву заслуживает звание духовного центра страны – в городе располагается ансамбль из пяти или шести монастырей, в которые со всей России регулярно стекаются паломники.

Мы обошли несколько монастырей, каждый раз, находясь на их территории, облачаясь либо в длинные юбки, либо в шаровары, а также заводя очень глупый спор между собой о русской православной церкви. Макс обвинял всех православных в том, что они хотят защищать свои права, Наиль, будучи таким же темным в области православной культуры, как и Макс, яро поддерживал первого, а я с криками отстаивал попранную честь верующих. Тяжело говорить с людьми, не видящими разницу между соблюдением православных традиций, следованием церковным канонам и религиозным фанатизмом. И уж совсем невозможна в таком случае продуктивная дискуссия.

Набравшись негатива от этих споров и устав от прогулки по территории «русского Иерусалима», но немного насладившись богатой архитектурой, мы зашли утолить свой голод в центральную гостиницу города с одноимённым названием «Задонск». Напряжение ушло вместе с голодом, когда нам принесли еду в гостиничном ресторанчике. За обедом мы с улыбкой вспоминали, как несколько часов назад в одной сувенирной лавке бдительная продавщица пресекла попытку Макса стащить парочку магнитов на память.

– Молодой человек! Да-да, в чёрной футболке! За магнитики не хотите заплатить?

На улице идёт дождь, поэтому никаких прогулок дальше мы устраивать не стали, а поехали на место ночёвки с очень дружелюбным названием – Донские беседы. По пути из окна автомобиля я увидел на большом холме деревянную скульптуру в виде большого кувшина. К моему детскому восторгу, я узнал от Макса, что этот большой холм называется Кудыкина гора. Вот бы моя бабушка обрадовалась, царство ей небесное, узнав, что я там побывал – ведь она столько раз меня туда отправляла в детстве (в шутку, конечно), сама даже не подозревая о её местонахождении. Макс также сказал, что по плану эту гору мы посетим завтра – там находится большой развлекательный парк с восстановленным замком скифов, необычными животными и прочими интересностями. А пока мы подъехали к самому берегу Дона, где в него впадает маленький холодный ручеёк, прямо перед высокими скалистыми выступами известняков, которые, собственно, и называются «беседами».

Место очень красивое. Когда мы подъехали, в ручье мыл свою Ладу (автомобиль «Жигули») один из пастухов-погонщиков прогуливавшегося по берегу многоголового овечьего стада. Как выяснилось, этот ручей – маленькая речка Каменка, очень чистая и холодная, поскольку родниковая. Расположившись на опушке возле слияния Каменки и Дона, первым делом мы тут же искупались. Затем, пока солнце ещё обжигало плечи, отправились к источнику, который расположен на склоне холма на территории заповедника «Кудыкина гора». Очень милый и ухоженный источник с резным оформлением, беседкой, десятком бьющих ключей для набора воды, домиком у входа и помещением с купелью. Мы наполнили ключевой водой канистры, которые захватили с собой, пару раз окунулись в студёной купели с головой и пошагали через прибрежный луг прямо к нашему лагерю. Солнышко просто вынуждает нас скинуть плавки и полностью отдастся воле его лучей. Так мы с Наилем и сделали. Думаю, что именно с этой минуты в нас зародилась одержимость обнажением. Невозможно передать, какое наслаждение ты получаешь от полной свободы на природе: свободы от домашних забот, от гнета рабочей нагрузки, от постоянных звонков, от засасывающего интернета, от частых встреч, от городского шума и вони, от суеты, толкотни, беготни, от всего привычного и, как символа этого привычного – от одежды. Что может быть привычнее одежды для человека, живущего в городе северных широт! Когда ты сбрасываешь с себя одежду вместе со всей этой обременяющей ношей привычного, то обретаешь необходимую внутреннюю свободу. Есть только ты, эти живописные скалы, заходящее солнце, большая река и большие канюки, бдительно изучающие местность, паря над тобой в поисках добычи. Для этих птиц свобода – это и есть жизнь. И кто не мечтает о том, чтобы его жизнь стала синонимом свободы, чтобы эти два слова слились в одну большую чашу, которую так и хочется испить до дна, не проливая ни капли…